Игра с отрицательной суммой

Противостояние Кремля со всем цивилизованным миром — не поза, не спектакль для ура-патриотов, не придурь и не эксцесс мании величия. У этого конфликта куда более глубокие корни. Это даже не схватка конкретных людей, а столкновение двух парадигм, двух способов существовать, мыслить и взаимодействовать друг с другом. Двух абсолютно чуждых друг другу цивилизаций, из которых в итоге останется только одна.

Предисловие: теория игр

В прикладной математике есть раздел, который называется «теория игр». Методы теории игр используются в экономике, социологии, политологии, психологии, этике и других общественных науках для того, чтобы систематизировать, проанализировать, понять и объяснить бесконечное многообразие механизмов взаимодействия людей в различных ситуациях.

Ключевое понятие теории игр это, разумеется, «игра». Игры делятся на множество типов: кооперативные и некооперативные, симметричные и несимметричные, параллельные и последовательные, с полной или неполной информацией, дискретные и непрерывные игры, а также игры с нулевой суммой и с ненулевой суммой. Нам сейчас важны последние два типа игр.

Игра с нулевой суммой

Игры с нулевой суммой или «антагонистические игры» — самый примитивный из классов игр. В таких играх если один игрок выиграл, то другой обязательно проиграл, двух победителей быть не может. Если у одного плюс, то у другого минус, в сумме — ноль. Отсюда и название — «игры с нулевой суммой».

К таким играм относятся все азартные игры, шашки, крестики-нолики, воровство, война. Выигрыш одного игрока всегда равен проигрышу другого, потому что в таких играх ничего не создаётся, а лишь перераспределяется.

«Всё, что есть у одного, украдено у другого», «Либо мы их, либо они нас», «Было ваше — стало наше», «Кто не с нами, тот против нас», «Своя рубашка ближе к телу», «Нет постоянных союзников, есть лишь постоянные интересы» — это всё про игры с нулевой суммой.

Россия с 1991 года — это одно грандиозное поле для такой игры. Сначала бывшие партийные боссы и просто ловкие проходимцы делили между собой наследие СССР — заводы, фабрики, нефтяные скважины. Приватизировали их, покупали за копейки, отжимали друг у друга.

Ну а чем ещё, спрашивается, заниматься, если несметные богатства буквально лежат на земле и ждут, пока кто-то приберёт их к рукам?

Затем к власти пришли «siloviki» и переделили всё по-своему. Кто-то из олигархов вовремя сориентировался и встроился в новую систему, кому-то пришлось уехать в Лондон, кто-то попал в тюрьму, а кто-то — на тот свет.

Ещё через какое-то время шальные нефтяные деньги ударили новой элите в голову, и от пьянящего ощущения своей невероятной успешности Кремль решил, что настолько умён и удачлив, что теперь должен сыграть в новую игру по тем же правилам, но с более высокими ставками — в «геополитику».

Ну, а почему бы и нет? Западные политики и чиновники казались Кремлю жалкими неудачниками: их регулярно переизбирают, а в России можно править пожизненно; они получают нищенские зарплаты, а в России власть означает сказочное богатство; их во всем ограничивает закон, а в России власть может позволить себе всё что угодно.

К тому же, проигранная всухую «Холодная война» с Западом толкала оказавшихся у власти выходцев из спецслужб к реваншу, а мир казался им предельно простым и понятным: вот страны в нашей сфере влияния, вот страны под контролем «вероятного противника», а всем остальным в ходе очередной большой игры придётся определиться, на чьей они стороне.

Игра с самого начала была довольно грязной: финансирование оппозиционных партий, хакерские атаки, пропаганда, провокации через соцсети, подкуп политиков, попытки организации госпереворотов, поддержка сепаратистов, и всё это до поры до времени — абсолютно безнаказанно.

А потом Россия влезла на территорию находящейся в состоянии междувластия Украины и аннексировала Крым. Присоединила. Отжала. Отхватила. Урвала. В терминах игры с нулевой суммой — чистая победа.

Сложный мир

Проблема в том, что реальный мир устроен несколько сложнее, чем поле для игры в шашки. Точнее, он с самого начала был слишком сложен, чтобы человек мог выжить в нём в одиночку, а сейчас его сложность такова, что мы даже не можем её как следует осознать.

Найдите где-нибудь простой карандаш и возьмите его в руки. Это не ракета, не газовая турбина, не суперкомпьютер, не синхрофазотрон. Это — один из простейших предметов, с которым мы сталкиваемся в быту и на работе.

В его производстве 83 технологические операции, а при его изготовлении используется 107 видов сырья и сравнительно доступных материалов, но на нашей планете нет ни одного человека, способного добыть и подготовить каолин с графитом, сформовать, обжечь и пропитать маслом грифель; заготовить и высушить липовые заготовки для карандаша; изготовить набор фрез и пресс для склейки карандашей; приготовить клей, краску и лак; изготовить фольгу для надписи, чтобы в итоге произвести с нуля карандаш фабричного качества.

Чтобы создать все необходимые комплектующие, придётся построить целые отрасли промышленности: лесозаготовку, добычу полезных ископаемых, машиностроение, энергетику, транспорт, химическую промышленность. А ещё тех, кто занят производством, нужно кормить, обучать, лечить, обеспечивать одеждой и жильём, заботиться об их безопасности и развлечении.

Поэтому в конечном итоге даже простейший карандаш создаётся совместным скоординированным трудом сотен тысяч или миллионов людей. Вдумайтесь только: миллионы людей, которые не знают друг друга, и даже не факт, что находятся в одной стране и разговаривают на одном языке, объединили свои усилия, чтобы изготовить для вас эту пишущую палочку.

Что же заставляет людей сотрудничать друг с другом, вместо того, чтобы просто взять каменные топоры и пойти отжимать друг у друга еду и самок? Ответ прост: выгода. Людям выгоднее специализироваться, сотрудничать и обмениваться друг с другом, чем пытаться выжить поодиночке и враждовать.

Игры с ненулевой суммой

Игры, в которых выигрыш какого-то игрока не обязательно означает проигрыш другого, когда выиграть могут все участники игры одновременно, называются играми с ненулевой суммой.

Практически любая экономическая деятельность — это пример игры с ненулевой суммой. Две стороны торгуют друг с другом и каждая получает от этого выгоду. Банк кредитует производителя, а тот зарабатывает достаточно денег, чтобы вернуть долг, заплатить банку проценты и самому остаться в прибыли.

Интересно, что именно выгода, а не мораль, делает людей лучше. Человечество отказалось от рабства не из-за мук совести, а потому, что нанимать вольных людей за деньги в какой-то момент оказалось выгоднее, чем принуждать к труду рабов за миску похлёбки. Западные страны перестали владеть колониями не потому, что не смогли больше удерживать их силой, а потому, что торговать с независимыми странами стало выгоднее, чем их захватывать.

Уже давно стало очевидно, что наиболее успешными становятся не те страны, кому посчастливилось иметь много природных богатств, а те, кому удалось создать удобную и безопасную среду для сотрудничества людей. В первую очередь — в сфере экономики.

Эту среду создают простые, логичные и неукоснительно выполняющиеся законы, низкий уровень преступности, максимум гражданских свобод и — мир. Худо-бедно, не без сбоев и ошибок, через кровопролитные войны и революции, эта простая истина, наконец, дошла до развитых стран.

Это не значит, что они стали безобидными, белыми и пушистыми. Скоре наоборот — более мощной военной силы, чем блок НАТО в его нынешнем виде, не существовало на Земле никогда.

Тем не менее, цель применения военной силы может быть разной: гордо поставить красный флажок посреди разграбленной, выжженной и обезлюдевшей пустыни или добиться с побеждённым прочного и взаимовыгодного мира. Эту разницу очень легко почувствовать, если сравнить судьбу побеждённых Германии, Италии и Японии со странами Варшавского договора после Второй Мировой войны.

В арабских странах это не сработало: Афганистан, Ирак и Ливию после военного вмешательства Запада сложно назвать благополучными странами. Вероятнее всего, дело тут в исламе, но в любом случае Запад стремится не отжимать и захватывать территории, а создавать политические режимы, с которыми можно вести диалог и сотрудничать.

Две игры

И вот тут мы подходим к главному: конфликт России с Западом — это, прежде всего, конфликт двух картин мира. Запад пытается играть в игру с ненулевой суммой, стремясь к выгоде через сотрудничество, а Россия — в игру с нулевой суммой, пытаясь получить выгоды через конфронтацию.

Это как если бы на одной и той же шахматной доске один из игроков играл в шахматы, а второй — в шашки. Запад создаёт, преумножает и объединяет, в то время как Россия отнимает, уничтожает и разобщает.

С точки зрения Запада, действия России — это преступный идиотизм: зачем в нарушение всех договорённостей захватывать Крым, если россияне и так могли туда ездить, могли владеть там собственностью, могли вести там бизнес? Со сменой в Крыму двухцветного флага на трехцветный Россия не получила никаких экономических выгод, зато взвалила на свои плечи ещё один дотационный регион и вынуждена вкладываться в строительство Крымского моста и электроснабжение полуострова.

С точки зрения России, действия Запада — подлое лицемерие, попытка усыпить бдительность, окружить со всех сторон ракетами и военными базами, а затем — напасть, уничтожить Россию и отнять её несметные природные богатства. Расширение ЕС и НАТО — явные этому подтверждения. Ну не могут же нормальные страны сами захотеть попасть под каблук Империи! Значит, их подкупили, обманули, заставили — чуть раньше, чем это успели сделать мы. То есть увели их у нас из-под носа, обманули нас.

Интересен и способ конфронтации. Столкнувшись с враждебными действиями оппонента, каждая сторона реагирует по-своему, пытаясь ударить противника в то место, которое искренне считает самым болезненным.

Запад говорит: ОК, ребята, мы лишим вас самого ценного, что у нас есть, — сотрудничества. Мы не будем давать вам кредиты, не будем делиться технологиями, не хотим работать с вашими компаниями, нам не нужны ваши капиталы.

В ответ Россия грозит: мы создадим самое страшное оружие, которое только возможно — ядерные крылатые ракеты с непредсказуемой траекторией полёта, подводные ядерные торпеды, которые смоют ваши прибрежные курортные города, и новые баллистические ядерные ракеты Москва-Флорида!

В результате обе стороны остаются от действий оппонента не в ужасе, а в явном недоумении.

Россия не понимает, почему должна бояться санкций, ведь пока у неё есть ракеты, она может продолжать играть в «геополитику», а население пускай жрет лебеду, собирает валежник и лечится корой дуба — это проблема исключительно самого населения.

Запад же никак не может взять в толк, как это Россия собирается бомбить его города, в которых живут семьи российской элиты — от депутатов до чиновников, в которых у них куплена недвижимость и открыты банковские счета.

Ни о каком взаимопонимании при таком серьёзном рассогласовании картин мира не может быть и речи. Из странного и неприятного партнёра мы превратились в угрозу, которую необходимо устранить.

Но, может быть, мы всё-таки играем в более правильные игры, чем Запад, и победа будет за нами?

Игра с отрицательной суммой

Игра с нулевой суммой, когда выигрыш одного игрока точно равен проигрышу другого, это очень условный, идеальный случай, который на практике встречается лишь в настольных играх. В реальной жизни у любого поступка есть последствия, затрагивающие других людей.

Принятое Кремлём решение об аннексии Крыма аукнулось нам санкциями со стороны Западных стран. В результате мы получили более дорогие кредиты и более низкий курс рубля, то есть подорожавшие импортные товары. Мы уже давно едим сыр из пальмового масла и невкусные овощи, а скоро нам придётся лечиться суррогатными лекарствами и настойкой боярышника. То есть на самом деле мы имеем дело не с нулевой суммой игры, а с отрицательной.

Такая же картина складывается и с распилом бюджетных денег. Допустим, мы платим налогами в бюджет 10 миллиардов рублей. 3 из них сразу же уплывают в чьи-то офшоры, 1 уходит на содержание чиновников, ещё 1 теряется впустую из-за разгильдяйства и некомпетентности, на оставшиеся 5 строится что-то нужное лишь как повод для освоения бюджета — мост в никуда или газовая труба, с одной стороны которой нет газа, а с другой — потребителя. В итоге распильщики получают +3 миллиарда, а мы -10. Нулевой суммой здесь даже и не пахнет, сплошной минус.

Или возьмём, к примеру, простейшую арифметическую задачку: приходят к Путину ходоки из ФСБ и полиции, пугают его террористами и майданом, и под эту песню отнимают 1 миллиард рублей из бюджета на науку и образование, перенося его в графу «национальная безопасность». Арифметика говорит, что от перемены мест сумма не меняется, теория игр — что мы имеем дело с классической игрой с нулевой суммой (у одних убыло, у других — прибыло). А практика показывает, что из страны сбегают последние учёные, выпускники превращаются в дипломированных, но абсолютно бесполезных неучей, промышленность теряет способность даже просто воспроизвести то, что делали в СССР, страна — нищает и дичает. Опять сумма отрицательная.

И так — практически везде и во всем. Логика принятия решений, где всегда выбирается простое вместо сложного, украсть вместо заработать, сиюминутное вместо долгосрочного, отобрать вместо создать, сила вместо разума, обман вместо правды, принуждение вместо сотрудничества в конечном итоге может давать лишь отрицательные результаты.

Власть всё время кивает в сторону «лихих девяностых», противопоставляя их ужас сегодняшней прекрасной «стабильности», но на самом деле девяностые никуда не делись. Эта тяга к примитивным, силовым, сиюминутным решениям — прямиком оттуда.

Тогда отжать завод, продать станки на металлолом, а помещения сдать в аренду было эффективной стратегией, но сейчас это больше похоже на попытку расширенного суицида. Особенно страшную тем, что это происходит на уровне главы государства.

Итоги игры

В истории вообще сложно найти исторический период, когда национальная элита наносила бы обществу такой вред, как сейчас наносит в России.

В эпоху феодализма суверен тоже брал у своих подданных всё, что хотел и мог взять, но ему, по крайней мере, не нужно было прикрывать этот процесс подставными тендерами на госзаказ и хоронить где-то в тайге тысячи километров труб, чтобы наворовать с этой стройки себе на новый дворец.

Неприятная необходимость тратить огромные деньги на имитацию демократических институтов — парламента, Совета Федерации и судов, а также прикрывать воровство никому не нужными «нацпроектами» возникла не на пустом месте.

Феодал поддерживал свою власть над населением силой, Кремль — обманом. И большая часть того, что когда-то было системой государственного управления, сейчас представляет собой лишь грандиозную мистификацию, ширму, прикрываясь которой элита выносит из закромов Родины последние ценные вещи.

Феодализм практически повсеместно проиграл конкуренцию тогда ещё молодым и несовершенным демократиям. Сейчас наша элита построила экономически ещё менее эффективную модель и вошла в конфронтацию не только с собственным населением, но и с демократическими странами, в сумме обладающими 47% мирового ВВП против наших 1,5%.

Итог этого противостояния предсказать не сложно: пользуясь подавляющим превосходством в области экономики, страны Запада постепенно и аккуратно, чтобы по возможности не причинить вред самим себе, изолируют нас от современных технологий, рынков сбыта и финансовых потоков.

А затем, не ввязываясь в прямой военный конфликт и время от времени отступая назад, когда Россия будет уж слишком остервенело махать ядерной дубиной, они просто подождут, пока у нас не кончатся деньги не только на ракеты, а ещё и на еду. Им некуда торопиться, у них и так всё отлично.

И когда эта власть рухнет и мы снова, как это уже бывало, попросим у Запада гуманитарную помощь, они не повторят ошибку 90-х и потребуют взамен как минимум полное разоружение, после которого Россию долго и болезненно будут вновь интегрировать в мировое сообщество.

Если, разумеется, к тому моменту ещё будет, кого интегрировать.

Друзья, подписывайтесь на мой Твиттер (там я пишу чаще) и Телеграм, чтобы получать анонсы новых материалов.